ИНФОРМАЦИОННО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ПОРТАЛ

НАРОЧНИЦКАЯ.РУ

Официальная страница политика и общественного деятеля

Наталии Алексеевны Нарочницкой

Наталия Нарочницкая участвовала в Комиссии, при Президенте РФ по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России.

Русское гражданское движение

Наталия Алексеевна Нарочницкая – известный ученый, общественно-политический деятель, православный идеолог, доктор исторических наук

Европейский институт демократии и сотрудничества (Париж) возглавляет Наталия Алексеевна Нарочницкая

Фонд исторической перспективы (ФИП) был создан в 2004 году Наталией Алексеевной Нарочницкой и группой ее соратников.

Информационно-аналитический портал, посвященный деятельности российского ученого, общественного деятеля Наталии Алексеевны Нарочницкой

Возмущение будет обязательно
Интервью с президентом института национальных стратегий Станиславом Белковским

— Станислав, какими, по-вашему, должны быть отношения между светской журналистикой и Церковью? Как должна писать о Церкви светская журналистика?

— Сегодня проблема заключается в том, что светская журналистика отражает общие идеологические и методологические подходы элиты 90-х годов. А элита 90-х годов, в целом, секулярна, она никак не связана с Церковью как религиозным институтом. Поэтому отношение к Церкви у светской журналистики либо ироническое, либо скептическое, очень редко серьезное, чаще негативное: активно используются штампы, что Церковь отмирает и т.д. У большинства журналистов нет никакого существенного, серьезного понимания религиозных аспектов деятельности Церкви, и, что не менее важно, инаковости природы, мистического содержания Церкви. Поэтому сегодня, безусловно, светское медиа-поле никак не эквивалентно тем процессам, которые происходят в Церкви, и  объективно в связи с Церковью во внецерковном процессе.

— Каким должно быть информационное поле, на котором бы Церковь и журналистика взаимодействовали? И какие должны быть приложены усилия, чтобы его создать?

— Здесь есть несколько аспектов. Во-первых, важна модернизация элит, потому что люди с христианским пониманием или даже не христиане, но понимающие, о чем идет речь, должны, так или иначе, постепенно занять командные высоты в нашей стране. Церковь не должна восприниматься как анахронизм и символ мракобесия. Тем более что объективно это не так. И самое главное, что роль Церкви будет возрастать в ближайшие годы, и радикально возрастать. И чем меньше элита будет адекватна этому возрастанию, тем хуже будет для элиты. Она будет оторвана от страны и от толщи ее проблем. Есть момент, когда очень важен импульс государства. Если государство даст политике этот информационный импульс и подчеркнет свое новое отношение к Церкви, это очень повлияет и на медиа-среду в целом, независимо от того, государственные это будут СМИ или частные.

— То есть, по-вашему, влияние на журналистику должно оказываться сверху?

— Это просто должно начаться с модернизации светской элиты, но я не вижу другого субъекта этой модернизации, кроме как верховная власть. Это отвечает как исторической русской традиции, так и нынешнему положению вещей. Центр такой модернизации может находиться только в Кремле.

— Перейдем на личности… Кто способен это сделать?

— Это способен сделать Путин, и я боюсь, что сегодня — только он. Он сконцентрировал в своих руках максимальную власть, а, значит, и максимальную ответственность за все развитие событий, за ход вещей, за все развитие национальной идеологии и национальной практики. И я вижу, что это отвечает его объективным интересам, потому что объективно нет в стране настоящей опоры для него, кроме Церкви. Партия «Единая Россия», — которая была создана еще до него, это не политическая опора, потому что это не партия вовсе, это совокупность людей, которая воспринимает только приказы из Кремля, и готова выполнять любые приказы. Если политические и материально-экономические стимулы к выполнению этих приказов исчезнут, то мгновенно распадется сама псевдопартийная структура. Элита 90-ых годов в целом оппозиционна и враждебна Путину, даже если отдельные ее представители готовы публично устраивать ему овации. Единственной опорой Президенту может быть институт, который по своему генезису никак не связан ни с властью, ни с политической конъюнктурой. Который абсолютно независим, автономен концептуально и идеологически, автономен по основам своего существования, по источнику своей легитимности. Единственной такой институцией является Русская Православная Церковь. Еще такой институцией является армия, но мы сейчас ее не обсуждаем.

— Как должно строится, в таком случае, взаимодействие Церкви  государства? Есть ли у нас такие политики, которые могут стать новой элитой?

— Нет,  Церковь еще не воспитала эти элиты, она ведет себя, как мне кажется, излишне робко и осторожно, она как бы боится удара плетью и во многом остается в советской логике отношений с государством. Она как бы все время находится на приеме у большого  светского начальника, от благосклонности которого зависит. Это неправильно.  Потому что сегодня никто не ударит по Церкви плетью, сегодня весь потенциальный ресурс Церкви – ресурс идеологический, ресурс моральный, ресурс объединяющий — огромен. Главной проблемой русского народа на всем продолжении его существования является одиночество. Русский человек не привык к индивидуальной ответственности, это человек соборный, для которого важны мистические аспекты и коллективные формы ответственности. И борьба с одиночеством – это главное содержание жизни русского человека. Тот же  русский алкоголизм является проявлением этой борьбы.

90-ые годы  принесли человеку невиданное доселе одиночество. При коммунистах одиночества не было, поскольку коммунизм был формой языческой религии, который вытеснял с одной стороны Православие и другие традиционные для России религии, а с другой стороны, достаточно эффективно апеллировал к архетипам русского коллективного бессознательного и располагал всем набором атрибутов настоящего религиозного культа — мучениками и героями, храмами и мощами. Достаточно вспомнить Ленина и его Мавзолей. И сама логика жизни была логикой приятия человека в эту языческую церковь коммунизма. С крахом  коммунизма ничего альтернативного создано не было. Религия, которую, де-факто, исповедует элита 90-ых годов – это современный аналог культа Молоха, культа денег. Но эта религия никак не проникла в массы и не могла проникнуть, потому что при столкновении с национальными архетипами она была обречена на отторжение

Читать Полностью   |  Читать далее:   1 2 3 4 5

В архиве 16 апреля 2004

Похожие статьи:

Добавить комментарий

Цитата:

У всех кавказских войн немусульманские режиссеры.

Видеоархив

Наталия Нарочницкая в программе «Воскресный вечер с Владимиром Соловьевым» от 27.01.2019

Яндекс.Метрика
Rambler's Top100 Предупреждение! Для функционирования сайта необходимо обрабатывать Ваши персональные метаданные (cookie, данные об IP-адресе и местоположении) Если Вы не хотите, что бы мы их обрабатывали - покиньте сайт!